IndexАнастасия ШульгинаLittera scripta manetContact
Дети и медиа

Соня Ливингстон

Помешалось ли сегодняшнее поколение детей на телевидении и компьютерах? Соня Ливингстон приводит исследование медиа-привычек молодых людей и указывает на возможные направления деятельности в этой области. Соня Ливингстон - старший преподаватель кафедры социальной психологии Лондонской школы экономики и политических наук. Выпуск книги Сони Ливингстон и Мойры Бовилл “Молодежь и новые медиа” планируется издательством Sage в 2000 году. Окончательный отчет по данному исследованию доступен по адресу http://www.psych.lse.ac.uk/young_people/index.html .

"Первое за 40 лет всестороннее исследование взаимодействия детей и средств медиа" ( The Guardian 19/03/99). "Одно из самых важных исследований за последнее время" ( The Daily Telegraph 19/03/99). "Кабинету стоило бы посвятить отдельное заседание обсуждению находок, сделанных психологами Лондонской школы экономики в ходе выполнения проекта "Дети, молодежь и меняющаяся медиа-среда", ( The Independent , 22/03/99).

Мы уже не можем себе представить отдых без средств медиа и коммуникационных технологий. А в большинстве случаев и не хотим. Возрастание роли медиа влечет за собой повышенные требования к их значимости в общественной и политической жизни. Оптимисты предрекают рост влияния медиа на общественную и политическую жизнь. В то же самое время пессимисты оплакивают детскую невинность и уважение к власти, которым пришел конец в век СМИ. Это тема изучена весьма слабо, в дискуссиях о роли “новых медиа” часто смешиваются взгляды на “то, как это было” и спекуляции относительно будущего.

Общество всегда реагирует на появление нового медиума с повышенным беспокойством. В последние 50 лет телевидение часто обвинялось в трансформации творческих и одаренных воображением детей в жестоких, бездумных потребителей, не читающих книги и не общающихся со своей семьей. В связи с этим Хилде Химмелвейт (Hilde Himmelweit) и ее коллегам из Лондонской школы экономики и политических наук (LSE) в 1950-х годах предложили изучить влияние телевидения (в то время еще нового технического новшества) на жизнь британских детей. Хотя результаты ее работы показали слабое и спорное влияние телевидения на детей, ее отчет (Television and the Child, 1958) повлек за собой установление строго регулируемой, патерналистской культуры “детского” вещания, тщательный расчет сетки вещания согласно идеализированным представлениям взрослых о привычках детей -- “сон для малышей” вечером, строго ограниченная реклама на новых независимых каналах и внушающие доверие, “родительские” образы ведущих телепередач.

В 1995 году я была приглашена консорциумом исследовательских и промышленных фондов для продолжения работы Химмелвейт путем проведения многостороннего эмпирического исследования, целью которого являлось изучение места новых форм “экранных медиа” в жизни молодых людей в возрасте от 6 до 17 лет. С середины 50-х годов происходило множество изменений в жизни детей и молодежи, медиа-среды и в социальных науках. Планируя проведение исследования в 90-х годах, мы посчитали, что изолированное изучение “ребенка” и/или “телевидения” в традиции предыдущих исследований и политики в области СМИ было бы слишком ограниченным. С нашей точки зрения молодой человек и его медиа должны рассматриваться в рамках социального контекста, в которых они находятся. Также мы утверждаем, что детей необходимо рассматривать в качестве активных акторов в семье и общине, со-конструкторов значений и практик своей повседневной жизни, а не как пассивных объектов медиа-воздействия.

Дом, насыщенный медиа

Средняя британская семья 50-х годов могла похвалиться единственным телевизором, который ставили в гостиной и смотрели всей семьей. С появлением второго канала, семье уже приходилось договариваться в том, что смотреть и когда смотреть, и эти переговоры осуществлялись в рамках гендерных и межпоколенных отношений.

Семьи 90-х, особенно с детьми, имеют в своем владении несколько телевизоров и, в меньших пропорциях, несколько видеомагнитофонов, компьютеров, музыкальных центров, игровых приставок и телефонов. Сегодня четыре из десяти подростков живут в доме с четырьмя или более телевизорами. В результате проведенных бесед с 1300 британскими детьми и подростками в возрасте 6-17 лет были получены следующие результаты:

* +++ практически каждая семья с детьми в возрасте 6-17 лет имеет телевизор и видеомагнитофон и примерно половина таких семей имеет кабельное или спутниковое телевидение;

* +++ равное количество детей имеет в своей комнате телевизор (63%) и книжную полку с книгами, не имеющими отношение к учебе (64%), 34% - игровые приставки и 21% -- видеомагнитофоны;

* +++ у 12% детей в комнате стоит компьютер, однако в целом родители предпочитают ставить его в других комнатах дома — у 53% детей в доме есть компьютер.

Сравнивая роль медиа в семье сегодня с тем, что было сорок лет назад, мы обнаружили, что телевидение отодвинулось с переднего на задний план, хотя его важность и осталась неизменной. Исчезновение телевидения из гостиной как центра семейной жизни повлекло за собой необходимость выбора между общим и индивидуальным просмотром передач, между национальным телевидением и разнообразием множества международных программ, а также превратило телевидение из оплота семейных вечеров в круглосуточный индивидуальный опыт. Социальный и культурно-исторический опыт позволяет нам полагать, что новые медиа являются толчком к специализации предыдущих форм медиа. Они скорее дополняют “предшествующие формы новых медиа”, чем заменяют их.

Британская культура “экранных развлечений”

Одновременно с появлением в жизненном мире ребенка “экранных” видов медиа (screen-based media) стала развиваться культура “экранного развлечения” (screen entertainment). Доказательством тому служит возросший спрос на товары и услуги экранных медиа и предпочтение детьми экранных медиа - печатным. К примеру, те дети, которые много времени тратят на просмотр телевизионных передач, более склонны играть в компьютерные игры и чаще используют видеомагнитофоны.

В процессе определения “экранной культуры” мы используем результаты наших сравнительных исследований, которые показывают, что большое количество британских детей имеют в своем пользовании собственные видеоразвлекательные медиа (screen-entertainment media) и проводят за ними много времени в сравнении с детьми из других европейских стран.

В Великобритании у 50% 7-16 летних детей в спальне находится телевизор, для сравнения — в Дании 32%, в Швеции 25%, в Испании 21%, в Германии 17% и во Франции 16%. Сходную картину можно наблюдать в отношении видеомагнитофонов и игровых приставок.

Для контраста, приведем следующие цифры: у 68% британских детей в спальне стоят полки с книгами, а в Дании - у 83% детей, в Германии - 85%, в Испании - 89%, во Франции - 93% и в Швеции - 94%.

Данных наших исследований отражают эти тенденции. В среднем английский ребенок в возрасте от 6 до 17 лет проводит перед телевизором два с половиной часа, что больше на полчаса больше по сравнению со Швецией и Испанией, а также на час больше чем в Германии и Франции.

Мы подчеркиваем понятие “видеоразвлекательная культура”, а не “видеокультура”. Как это ни парадоксально, Англия не лидирует по показателю среднего возраста пользователей персональных компьютеров, в то время как находится на первом месте по среднему возрасту телезрителей. В сравнении с детьми из других европейских стран, у британских детей и подростков доступ к персональным и мультимедийным компьютерам и Интернету относительно ограничен. Например 27% 15-16-летних британских подростков имеют доступ к компьютеру с CD-ROM у себя дома. Схожую картину можно наблюдать во Франции (21%) и Италии (34%), но в других странах этот показатель намного выше: в Дании 63%, в Швеции 55%, в Испании 51%, в Германии 50%, в Нидерландах 48%.

Почему для британских детей такое большое значение имеют видеоразвлечения? Для того чтобы ответить на этот вопрос, нам придется отклониться от непосредственного рассмотрения медиа и обратиться к рассмотрению внешней по отношению к дому социальной среды, которая играет не последнюю роль в формировании предпочтений британских детей. Мы обнаружили, что по сравнению с континентальными британские дети и подростки гораздо меньше удовлетворены предоставленными им возможностями для проведения свободного времени в районах, где в которой они проживают, и в два раза больше жалуются на данную проблему. Кроме того, британские родители проявляют достаточно высокий уровень страха за безопасность своих детей за пределами дома. Короче говоря, можно предположить, что привлекательность возрастающей индивидуализации медиа в домашних условиях для британских родителей заключается в том, что оборудованная детская спальня репрезентирует собой идеальный компромисс, в котором дети развлекаются и находятся вне опасности.

Межнациональные сравнения указывают нам на укоренившуюся в Великобритании традицию высокого качества общественного радиовещания для детей и семей, что является важным для понимания британской “экранно-развлекательной” культуры. Важно учитывать данный факт, так как контроль над средствами информации и информационными отраслями промышленности больше не ограничивается национальными регуляторами и управлением индустрией. Учитывая развитие методов контроля над аудиовизуальным сектором и Интернетом в остальных странах Европы, необходимо признавать отличительные особенности Британской “экранно-развлекательной” культуры.

Регулирование молодежной медиа-среды

Как можно регулировать взаимодействие между медиа и детьми? На протяжении второй половины столетия телевидение сурово обвинялось в распространении многих социальных болезней. Любопытно, что самый пик регулирования детских и подростковых медиа приходилось на тот период, когда медиа вызывали наименьшее опасение. На сегодняшний день общественное теле- и радиовещание находится под коммерческим гнетом, стоит перед необходимостью решать финансовые проблемы и, в связи с этим, особым образом планирует сетку вещания для молодежи и детей, а именно программы, изначально предназначенные для взрослых, теперь доступны детям.

Осуществлять контроль над национальным телевидением становится все труднее: огромное количество каналов, глобальное радиовещание (и, конечно, Интернет) способны обходить стороной национальное законодательство, наличие видеомагнитофонов также позволяют зрителям избегать системы регулирования. Поскольку аудиовизуальные и информационные технологии направлены на совместимость с цифровым телевидением, веб-телевидением, телевебом, национальными регуляторы сталкиваются с практически неразрешимыми задачами классификации, ограничения или планирования всего того, что появляется на наших экранах.

Разнообразие медиа-среды не только усложняет задачу регулирующим инстанциям, но также является источником возникновения новых проблем морального характера. Причины возникновения, а также содержание значений, идентичности и удовольствия не являются случайными, а становятся в центре политического процесса по мере увеличения границ социокультурных факторов, определяющих виды медиа. Существует мнение, что ответственность за регуляцию медиа-окружения детей и молодежи проще возложить на родителей. В конце концов именно они решают, предоставить ли в пользование своим чадам видеодвойку, на какие спутниковые или кабельные каналы вести подписку, в какое время дети должны ложиться спать. Именно родители знают, что может напугать их детей, и какие ценности они хотят привить им.

Наше исследование показывает, однако, что с точки зрения родителей, те факторы, которые усложняют государственное регулирование нового медиа-окружения, влекут за собой аналогичные сложности и для родителей. Родителям сложно регулировать содержание тех каналов, которые смотрят их дети дома, в своих спальнях и у своих друзей. Мы обнаружили, что большинство детей старше восьми лет предпочитают смотреть не детские, а взрослые или предназначенные для семейного просмотра передачи. Таким образом, просмотр телепередач детьми выходит за рамки регулирования детского телевидения. Родительское посредничество между ребенком и ТВ как либеральный вариант контроля - путем бесед во время совместного просмотра передач - становится все менее реалистичным, так как спальни шестилетних теперь оборудованы телеприемниками, которые дети вовсю смотрят, когда “детское время” уже кончилось. Помимо этого многие родители не до конца понимают смысл компьютерных игр и Интернет-сайтов, которыми пользуются их дети. Кроме того, они ощущают, что нормативное социальное давление не является результативным методом контроля желаний их детей.

В целом мы обнаружили, что родители не стремятся занять более строгую позицию в отношении контакта своих детей с медиа. За последние 50 лет родители привыкли полагаться на государственное регулирование и желают сохранить данное положение вещей. В то время как родители и государство ломают голову над вопросами доступа детей к изменяющемуся содержанию медиа, возможно, нам нужно послушать самих детей и подростков. Результаты нашего исследования, в отличие от наблюдений "взрослых", показывают, что дети не испытывают страха перед изменениями или будущим, будучи уверенными и увлеченными преемниками новых форм медиа.

В этой статье я подробно остановилась на негативных последствиях возникающей культуры "экранных развлечений" в Великобритании, так как именно этот аспект находится в центре внимания политиков. В исследовании также освещался такой вопрос как степень открытости подростков механизмам медиа, предоставляющим ресурсы для конструирования их идентичности, для организации и наполнения индивидуальным смыслом времени и пространства, для сопровождения и формирования подростковой культуры.

Copyright © 1999, О. В. Суховская , пер. с английского. _

Ливингстон С. Дети и медиа.

1-2-3-4-5-6-7-8-9-10-11-12-13-14-15-16-17-18-19-20-21-22-23-24-25-26-27-

Hosted by uCoz